Золотая осень Святогорья

Одним прекрасным, очень тёплым и солнечным  осенним днём, оставив все свои дела, я напросилась к подруге на чашку ароматного кофе, который может приготовить только она. Из окна её кухни открывается неповторимый вид на наш Свято-Владимирский храм, который, не смотря на уходящую осень, утопает в зелени запоздалых цветов и золотом убранстве деревьев. Я предполагаю, что именно о такой осени писал наш замечательный Русский поэт Александр Сергеевич Пушкин: «Прекрасная пора, очей очарованье!»

Любуясь пейзажем, я вдруг представила себе Свято-Успенскую Святогорскую Лавру с её белыми горами, окруженными   лесом. И совершенно не сговариваясь, мы, с Афиной, в один голос произнесли: «Вот бы съездить в Святогорск!» Я стала прикидывать наши возможности для осуществления случайно возникшего плана и вдруг вспомнила, что муж нашей подруги Тамары, заезжая в храм по делам, пообещал свозить нас на своём микроавтобусе, куда  душа пожелает. Я, с надеждой набрала номер Тамары, объяснив желание нашей души. Минуты ожидания у  телефона превратились в часы, и вдруг Тамара ответила: «Саша согласен!» Душа ликовала, теперь оставалось, самое трудное, уговорить отца Анатолия оторваться от своих дел.

Мы с Афиной допили кофе, пришли в храм к  батюшке и начали издалека: «Такая чудная погода, завтра литургии нет, было бы неплохо отдохнуть Вам от дел и помолиться где-нибудь у мощей…» Минуту помолчав, он улыбнулся и, на удивление нам, сказал: «Была бы машина, можно было  проехаться в Святогорск, давно у Серафима не были, но где её взять?» Мы были рады, что вопрос так легко разрешился.

И вот, поднявшись ранним утром, мы едем к заветной мечте. Погода тёплая и ясная, что ещё нужно настоящему паломнику для полного счастья?

Александр уверенно вёл машину и, совершенно расслабившись, каждый предался  своим мыслям. Доехав до Изюма, Саша, не уточняя маршрута, молча, повернул налево, а я подумала, как замечательно, что за рулём православный человек, разве можно проехать мимо такой  святыни: Песчанской чудотворной иконы Божией Матери, которая находится в Вознесенском кафедральном соборе Изюма, прославление которой тесно  связано с жизнью святителя Иоасафа  Белгородского.

Вот что передаётся в  «Сказании» об этой иконе: В 1754 году святитель Иоасаф, объезжая свою епархию, в состав   которой  входила и нынешняя Харьковская  губерния,   прибыл  в     город Изюм.

Первая церковь, которую он посетил, была Вознесенская в предместье города, называемом «3амостье». Встреченный духовенством и войдя в притвор, святитель с изумлением остановился и начал всматриваться в большую икону Богоматери, стоявшую в углу притвора и служившую как бы перегородкою, за которой ссыпали уголь для кадила. Долго с умилением смотрел он на святую икону, потом, осенив себя крестным знамением, пал перед ней на колени и громко произнёс: «Царице, Небесная! Прости небрежность Твоих служителей, не ведят бо, что творят». Потом, сделав благочинному замечание за такое небрежное отношение к святыне, сказал: «Почему этот образ не поставлен на лучшем месте? В сем образе пре изобилует особенная благодать Божия: в нём Пресвятая Владычица являет особое знамение Своего заступничества для сей веси и целой страны», — и тут же приказал поставить эту икону в более приличном месте. Благочинный в оправдание заметил, что в церкви много икон от старого иконостаса, которым нет места. Тогда святитель, быстро войдя в средину церкви, посмотрел на все стороны, и, обратив внимание на большой киот позади левого клироса, уставленный небольшими иконами из старого иконостаса, сказал: «Вот самое приличное место для иконы Божией Матери. Поставить её на место этих уже обветшавших икон и чтобы она всегда стояла в этом киоте». С тех пор икона всегда стояла на этом месте и даже после перенесения церкви на Пески. После же сооружения в 1826 г. новой каменной церкви, вследствие изменения плана, икона помещается и до настоящего времени в киоте по левую сторону иконостаса.

Святитель Иоасаф прожил в Изюме более трёх дней; ежедневно утром и вечером он приходил в Вознесенскую церковь и молился пред Образом Божией Матери, тогда же перенесённым и поставленным на месте, указанном святителем.

Весть о внимании, обращённом святителем на икону, о его молитве перед нею, распространилась между жителями и многие стали прибегать к ней, как  имеющей особенную благодать; к тому же, в это время начали передавать слух, что святитель перед выездом из Белгорода видел сон: будто бы он осматривал церкви и в одной из них, в притворе, увидел на куче мусора икону Богоматери со светлым сиянием, исходившим от неё, причём неизвестный голос указывал на эту икону, как на источник благодати для страны. Сон этот произвёл такое впечатление на святителя, что он во время поездки по епархии внимательно осматривал каждую церковь, как будто ожидал найти сходство с тем, что видел во сне. Прибыв в Изюм, он был поражен сходством Вознесенской церкви, с виденной во сне, а потому, взглянув на икону Божией Матери, стоящую в притворе, он понял, что сон его относился к этой церкви и к этой иконе. И, действительно, после этого многие стали обращаться с молитвою к Божией Матери и получали у этого образа исполнение просимого; вследствие чего весть о церкви, в которой хранится дивный образ Божией Матери; распространилась далеко за пределы Изюма, и многочисленные толпы желающих поклониться иконе, начали стекаться в эту церковь. Теперь эта церковь получила статус Свято-Вознесенского кафедрального собора, где и находится Песчанская чудотворная икона Божией Матери (название получила по имени места обретения и нахождения в посёлке Пески, ныне находящемся в черте города Изюма). Таким образом, мы приложимся  не только к святому  образу  Богородицы, но и посетим места, где ступала нога   святителя Иоасафа Белгородского.

Это была  первая остановка в нашем путешествии.

Оставив машину на стоянке, мы вошли в храм. Людей  не было и мы, почти в абсолютной тишине, подошли к святыне.

Матушка Божия, утопая в цветах, ласково смотрела на   нас. Каждый просил  о своём, но наши просьбы слились в единую общую молитву  перед Царицей небесной, которая находилась рядом  и переживала за каждого из нас. Пресвятая Богородица, моли Бога о нас, грешных, стучало сердце в такт молитвы. Мы приложились к образу Божией Матери, отец Анатолий помазал нас елеем с лампадки и мы разошлись по храму, чтобы поставить свечи у икон святых угодников Божиих и помолиться за  своих близких.

В храме было тепло и уютно: иконы в дорогих  киотах, прекрасная роспись, сияющий золотом иконостас, здесь чувствовалась благодать, но не было в нём того, кто создал эту красоту – друга отца Анатолия, дорогого и любимого нами отца Иосифа, настоятеля этого великолепного храма. Приложившись к иконам, мы вышли к могилам батюшки и его верной спутницы в жизни, мамушки Анны. У надгробий  много  цветов, знак того, что люди помнят и молятся о них. Помню, на погребении  отца Иосифа, матушка мне сказала: «Не знаю, как буду жить без него, лучше бы Господь забрал меня вместе с ним, даже лежать будем отдельно». Но Матерь Божия не оставила её наедине с неутешным горем, пусть через страдания, но удостоила матушку быть погребенной рядом с отцом Иосифом. Я не знаю, кто из них больше молился, но надеюсь, что как на земле, так и на небесах, души их рядом. Упокой, Господи, души усопших раб твоих! Поклонившись крестам, мы поехали окунуться в Богородичный  источник, благодатный поток целебных вод которого не иссякает  вот уже несколько столетий. Жители Изюма используют воду для своих повседневных нужд, а паломники увозят этот бесценный дар для исцеления души и тела.

Этот живописный уголок Изюмской земли давно привлекает к себе странников, желающих утолить жажду прохладной ключевой водой и передохнуть в тени деревьев после дальней  дороги.

Благодаря трудам отца Иосифа, возле источника, называемого «Кириченкова криница» была устроена часовня-купальня, в которой круглый год, независимо от погодных условий, можно с молитвой пройти под приятно освежающим  потоком ключевой воды. Благодаря молитвенной помощи Божией Матери, многие получают исцеление от тяжких болезней, утешение в скорбях, помощь в своих нуждах, находят работу, получают возможность иметь детей, исцеляются от недуга пьянства, избавляются от бесов. За  скорую помощь  этот источник назван Источником Божией Матери.  По преданию, вода источника не иссякнет даже в самые тяжелые времена, и многие сейчас могут испытать на себе ее чудодейственную силу, что сделали и мы. Пока женщины наполняли  баклажки целебной водой, батюшка с мужчинами   вошли в часовенку, где устроена купель.

Из глубины часовни до нас доносились их восторженные голоса.  Когда батюшка и его спутники вышли, мы увидели их  сияющие от удовольствия глаза, было ясно, что купание пошло на пользу.

Мы также зашли в часовенку. Быстро переодевшись, я подставила своё изнывающее от боли тело под поток  холодной  (+12С) целебной воды и почувствовала облегчение, когда девчата, переодевшись, вышли к источнику, я уже чувствовала себя совершенно здоровой. С молитвой «Богородица, Дево, радуйся!» мы окунались вновь и вновь, не находя в себе сил завершить омовение. Выйдя, наконец, из часовни, я посмотрела на своих подруг и увидела их радостные лица, было ясно, что купание в целебном источнике, придало облегчение всем. Пройдя мимо строящегося деревянного храма, мы сели в машину и отправились дальше. Нагуляв аппетит после купания, мы решили позавтракать на природе.

Не так давно, какой-то добрый умелец у дороги соорудил место отдыха для усталых путников, где  мы и устроили привал.

Выложив на удобный стол свои яства, мы утолили чувство голода и, покормив  местную собаку,  отправились дальше. Повернув на указателе  влево и, немного проехав, мы оказались в селе Богородичное,  живописнейшем месте Святогорья.  Холмы правого берега, покрытые лиственным лесом и сосновые леса левого берега реки Северский Донец, создали здесь уникальный климат. Именно поэтому это благодатное место носит название «Донецкая Швейцария».    Всякий раз проезжая село Богородичное, мы видели   на высокой горе небесного цвета храм, но подъехать к нему, как-то не приходилось. И лишь этой весной, мы поднялись на гору, и зашли во двор ещё неизвестной нам обители. Молодая монахиня, завидев отца Анатолия, открыла нам  двери,  и мы вошли внутрь храма. Необычайной красы иконостас, выполненный по проекту художника и иконописца  Александра Ивановича Чашкина, который расписал множество храмов России, предстал нашему взору. Изящные колонны, вырезанные из гранита изумрудного цвета, обрамлённые  золотом, и киоты икон, выполненные в том же стиле, создавали гармонию, и радовали глаз. Всё происходило, как в каком-то дивном сне, я даже не запомнила,  в честь кого освящён храм. Купол и стены, искусно расписанные  в нежно-голубых  тонах, призывали к молитве, приложившись к иконам, мы спустились в нижний храм, иконостас которого, так же, поразил меня своей красотой. И вот теперь, проезжая село Богородичное, мы, с радостью, поднялись на гору и зашли на территорию, ещё утопающую в цветах, обители, принадлежащей женской монашеской общине Горловской и Славянской епархии УПЦ МП.

Та же монахиня, узнав нас, открыла верхний храм, и мы ощутили нежный аромат. Повсюду были цветы, а   на центральном аналое стояла икона Божией Матери «Всех скорбящих радость», украшенная красивым венком из живых  цветов. Мы с удивлением  посмотрели на монахиню, а она пояснила: «Вчера мы отмечали  престольный праздник!»  Эта фраза дала ответ на все наши вопросы. Я стояла перед иконой и, от благодати, исходившей от образа Богородицы, слёзы застыли в моих глазах: «Пресвятая, Богородица, моли Бога о нас!»

Поставив свечи, я, снова, с замиранием сердца, всматривалась в каждую деталь изумрудного иконостаса, созданного лучшими мастерами Москвы и Подмосковья, из зелёного индийского мрамора и позолоченного резного дерева, боясь пропустить малейшую деталь. Спустившись в нижний храм, я увидела в центре  икону Сергия Радонежского и поняла, что нижний придел посвящён этому святому. Приложившись к образу этого великого святого, почитаемого во всём православном мире, я ощутила неловкость за то, что была невнимательна в прошлый раз.

Иконостас, выполненный из бежевого мрамора, очень элегантен и красив, его проект  разработал Игорь Антонов, уроженец Святогорского края (сейчас живёт в подмосковном Хотькове), а саму резьбу выполнили хотьковские резчики, самые известные в России. Я с грустью заметила, что было бы неплохо, если бы нашёлся и нам такой  человек, который смог бы расписать наш Свято-Владимирский храм. Мы помолились, поставили свечи к образам святых, и вышли на смотровую площадку. Здесь, устремив ввысь свои купола, возводится ещё один величественный храм Вознесения Господня,  нижний придел которого, как и наш храм, посвящён равноапостольному князю Владимиру, крестителю Руси.

Спустившись пешком с горы, впервые зашли в часовню, посвящённую Александру Невскому, которая, к нашей радости, была открыта, очевидно, потому, что наш водитель Александр, очень хотел испить воды из источника, посвящённого его небесному покровителю. Напившись воды из святого источника и  наполнив баклажки живительной влагой, мы отправились дальше.

Садясь в машину, я, невольно, оглянулась и поклонилась  бело-голубому храму, стоящему высоко на горе о пяти золотых куполах, который провожал нас, сияющими на солнце  крестами. В этот момент мне очень захотелось больше узнать о создателях этого храма, что я и сделала, вернувшись с паломничества домой.

Среди жителей села Богородичное сохранилось предание, что в давние времена в этих краях нашли в колодце икону Пресвятой Богородицы. В Ее честь и назвали село, а затем,  воздвигнув  церковь, посвятили её  иконе Божией Матери «Всех скорбящих радость». Интересно, что церковь в Богородичном была построена даже раньше большинства сохранившихся храмов и других строений Святогорского монастыря, возрожденного в 1844 г.

Церковь в Богородичном воздвигли (на средства ктитора монастыря и владельца этих земель действительного тайного советника Александра Потемкина и его супруги Татьяны Борисовны) в 1847 году, когда на территории обители еще не было нынешнего Покровского, Успенского и других храмов. Именно в Богородичном остановилась сначала новая братия возобновленного монастыря вместе с первым его настоятелем о. Арсением, прежде чем добралась до Святых гор из Глинской пустыни, где до этого обитала.

Во время сталинских безбожных пятилеток церковь, простоявшую  90 лет, сначала закрыли, а вскоре и вовсе разрушили. Спустя полвека уже редко кто даже из старожилов мог показать место, где когда-то стоял храм, украшавший село.

И вот, спустя много лет, в 1991 году, Сергей Лунёв,  купил в селе Богородичном участок земли под дачу. От местных старожилов он узнал, что раньше на этом месте стояла церковь во имя Пресвятой Богородицы,  которую разрушили атеисты и на её месте устроили огромную свалку мусора. Лунев был в замешательстве: строить дом на месте храма он не решался. После долгих раздумий, строительство дома сместил, а на месте предполагаемого храма устроил зелёный  газон.

После долгих раздумий и переживаний, Сергей Лунев решился строить храм! Поддержал эту идею и брат Владимир. В начале марта 1997 г. в прощеное воскресенье Сергей, вместе с женой Людмилой, отправился к наместнику Святогорского монастыря архимандриту Арсению (ныне уже епископу) с предложением, совместно построить  в Богородичном храм.

И наконец, заручившись поддержкой архимандрита Арсения и по благословению митрополита Донецкого и Мариупольского Иллариона, в 2000 году был утверждён проект, донецкого архитектора Владимира Ануфриенко (много изменений было внесено в проект  самим Сергеем). Так, благодаря усилиям двух братьев Сергея и Владимира Лунёвым, православные люди могут молиться в таком величественном храме. Низкий им за это поклон. Прошу прощение за отступление, но мне очень хотелось, чтобы люди знали благодаря кому  на Святогорских склонах возродился храм Пресвятой богородицы «Всех скорбящих радость». Более подробную информацию вы можете получить  на сайте: http://donbass.name/1939-kto-postroil-xram-v-bogorodichnom.html .

10 лет назад, совершенно случайно, я попала в Свято-Успенскую Лавру, которая имела тогда статус монастыря, но до сих пор, приезжая в это намоленное монахами место, ощущаю в душе необъяснимый трепет.

Как только машина заехала на мост, соединяющий нас с монастырём, сердце вновь, невольно забилось чаще, в ожидании встречи с чем-то особенным, ещё не небесным, но уже не земным.  Вот сейчас, пройдёт ещё несколько минут, и мы снова окажемся в обители Царицы Небесной с её Никольским храмом, высоко парящим  над землёй, пещерными меловыми  церквами и подземными переходами. Здесь пребывали в непрерывной молитве монахи и  наш небесный покровитель Иоанн Затворник, на могиле которого  сейчас происходят чудеса исцеления. Любуясь с площадки Никольского храма необъятными просторами лесов, полей и водной гладью Северского Донца, уходящего за горизонт, забываются все невзгоды, на  душе становится легко и спокойно. Как не любить эту обитель?

Перед Лаврой нас встречает величественный  образ Пресвятой Богородицы, высеченный из белого мрамора, и на душе становится спокойно, Царица Небесная всё управит!

У ворот монастыря батюшка  подошёл к казакам, чтобы попросить разрешение подняться вверх на машине. А мы, затаив дыхание, молились, чтобы просьба была удовлетворена, так как подняться на высокую гору к могиле Иоанна Затворника было не каждому из нас по силам. Дежурный позвонил по телефону и когда ворота открылись, мы с облегчением вдохнули.

Поднявшись на гору, мы оказались у ворот Всехсвятского скита.

Задолго до революции здесь стоял каменный храм в честь Всех святых,  освящённый  в 1912 году. В 1947 году его взорвали большевики. И вот, спустя много лет на месте старого фундамента в 2000 году заложили новый деревянный храм,  который был освящён 20 октября 2004 года в честь Всех святых в земле русской просиявших. Сейчас на территории скита находится ещё один храм в честь Вселенских святых, они уникальны тем, что построены подобно старинным храмам в Кижах. Здесь очень строгий  монашеский устав, для посетителей скит открыт два раза в год: в день Вселенских  святых (первое воскресенье после Пятидесятницы) и в день Всех святых, в земле Русской просиявших (второе воскресенье после Пятидесятницы). Здесь проходит  торжественное богослужение, после чего совершается крестный ход и устраивается трапеза для богомольцев.

Этой весной нам впервые представилась возможность попасть во внутренний дворик скита и теперь, вспоминая красоту увиденного, очень хотелось оказаться там снова. С этими мыслями мы вышли из машины.  К  отцу Анатолию подошёл казак, держа руки под благословение, и предложил сходить  к могиле Иоанна Затворника, после чего пообещал открыть  ворота скита.

Любуясь осенними пейзажами, мы довольно быстро оказались на могиле Иоанна Затворника. Приложившись к кресту, мы  помолились, поставили свечи и, посидев немного у могилы, отправились обратно в скит. На обратном пути каждый взял  немного мела для себя и своих близких. Когда у меня сильно болят ноги, я натираю их мелом, и боль отступает, попробуйте, если не верите. На улице стало холодней, и я взглянула на небо: свинцовые тучи нависли прямо над головой. Было совершенно очевидно, что дождя нам не избежать. Ещё издали мы увидели казака, который стоял у открытых ворот и ждал нашего возвращения. Прибавив шаг, мы с радостью зашли во двор: всё та же тишина  и размеренность царили здесь, казалось, что даже птицы поют тише, чтобы не нарушать монашеский устав.

Ещё в прошлый раз меня поразила чистота и ухоженность двора, просто «райский уголок», созданный заботливыми монашескими руками. Но, несмотря, ни на что, здесь тоже,  чувствовалось холодное дыхание осени и только огромный куст калины, не приметный летом, украсил двор своими багряно красными плодами, да ели, гордо стояли в своей постоянной зелени, не обращая внимания на  времена года. Самое грустное было то, что два озера, большое и малое, некогда радовавшие наш глаз, отпустили своих пёстрых обитателей на зимний отдых в аквариумы скита. 

Предавшись воспоминаниям, я не заметила, как казак открыл храм, освящённый в честь Всех святых земли Русской, просиявших. Затаив дыхание, мы впервые вошли в храм. Из полумрака, в абсолютной тишине,  на нас смотрели лики святых угодников Божиих, у меня по телу пробежали «мурашки», а казак улыбнулся, «страшно?», «да» – ответила я. Когда перед нами распахнули двери второго храма, освящённого  в честь Всех Вселенских святых, радости нашей не было конца. Здесь было тепло,  спокойно и всё  располагало к молитве, а главное,   не было «суеты сует».  Мы вышли из храма и в этот момент с неба на нас обрушился поток воды. Быстро, сев в машину, мы  спустились в Лавру, чтобы успеть на молебен с чтением акафиста святителю Николаю, который, начиная с осени,  служится в пещерном храме, посвящённом Антонию и Феодосию Киево-Печерским, в котором мы ещё никогда не были. Оставив машину у небольшой часовни, мы зашли в храм. Людей было много и поэтому пришлось остановиться в небольшом коридоре, но здесь было тепло и уютно и мы, с радостью, присоединились к молящимся паломникам. После молебна молодой священник сказал небольшую проповедь и, помазывая всех елеем, давал крест. Храм оказался очень маленьким, состоящим из двух коридоров и небольшого иконостаса, но благодать там ощущалась. «Святитель, отче, Николае, моли Бога о нас, грешных!»

Проходя мимо полуподвального помещения, мы ощутили в воздухе запах воска. Заглянув в окно, я увидела тонкие восковые нити, ещё не успевшие стать свечами, именно от них исходил неповторимый церковный аромат. Пошёл мелкий, ещё тёплый, но уже осенний дождь и начало смеркаться. Оставив машину внизу, мы быстро прошли мимо Успенского собора и вошли на хоздвор, именно здесь находится келья нашего дорогого отца Серафима.

Зная, что у батюшки всегда много паломников, мы даже и не мечтали, что попадём к нему, хотя бы  поздороваться.  Отец Анатолий поднялся по ступенькам, а мы присели на воздухе в крытом павильоне, недавно поставленном для паломников. Прошло немного времени и нас пригласили к отцу Серафиму. Проходя мимо толпившихся у двери  старца людей, мы извинились и зашли в келью.  Отец Серафим, как всегда, уставший, но радостный, встретил нас с любовью. Он говорил со всеми сразу, но, тут же, находил слова и для каждого из нас отдельно. Мы   зашли без очереди, только поздороваться, а получилось почти на час. По глазам отца Серафима было видно, что он не хочет нас отпускать, но дорога была дальняя, поэтому, подарив нам по иконке и  благословив в дорогу, с грустью сказал: «Отец Анатолий, ну и подарок ты мне сделал своим приездом, об этой встрече я и не мечтал, приезжайте чаще, я всегда вам рад». Обняв меня на прощанье за голову, сказал: «смиряйся, это твой крест!», и я поняла, что он имел в виду. Выйдя из кельи, мы извинились и пошли в Успенский собор, главному храму обители, чтобы приложиться к Святогорской чудотворной иконе Божией Матери, а также мощам Иоанна Затворника и Святогорских святых. Совсем немного времени оставалось до начала вечернего богослужения, и мы поспешили к иконе Богородицы, которая находится справа от алтаря под необычайно красивой сенью  в очень  красивом и дорогом окладе. Я приложилась к иконе и вдруг вспомнила, какой была она 10 лет назад: в обычном киоте и  простой ризе, но гораздо ближе ко всем. «Пресвятая Богородица, прости меня, грешную», подумала я и отошла от иконы. Людей было немного, и мы успели спокойно помолиться и приложиться ко всем мощам и святыням, находящимся в соборе.

Когда мы садились в машину, была уже глубокая ночь, хотя часы показывали только 17-00 часов, отец Анатолий благословил нас в дорогу и Александр спокойно завёл двигатель. Начался дождь, а впереди у нас было много километров пути. Вернувшись в храм,  мы  доели оставшийся провиант, помолились и отправились по домам, благодаря Господа и Пресвятую Богородицу за прекрасно прожитый день.

 

7 ноября 2013 года

 

Староста Владимирского храма, раба Божия, Фотиния

Комментарии закрыты

..